30 августа родился Исаак Левитан (1860 — 1900) — знаменитый российский художник, мастер «пейзажа настроения». Его картины – своего рода эталон отечественной пейзажной живописи. В своих произведениях Левитан сумел не только мастерски отобразить увиденную им красоту русской природы, но и передать зрителю тончайшие оттенки своего настроения.

Коллеги Левитана рассыпались в его адрес даже не комплиментами, а высочайшими похвалами: Бенуа А. называл его «истиной», а Грабарь И. – «самым большим и самым мудрым мастером русского пейзажа».

«Вся жизнь, все творчество Левитана прошли над любимой им страной, над ее природой благотворным дождем, – писал художник Г. Нисский, – после него над русским пейзажем воссияла чудесная радуга, в ворота которой должны проходить все художники, любящие свою страну, свой народ, свою природу».

Великий мастер русского пейзажа Исаак Ильич Левитан родился 30 августа 1860 года в большой и дружной еврейской семье, в заштатном литовском городке Кибарты (ныне Кибартай) на границе современных Литвы и Польши. Согласно общепринятой версии, его отцом был бедный еврейский учитель и переводчик Эльяш Абрамович Левитан, а матерью – Бася Зунделевна (Гиршевна) Левитан. Некоторые биографы художника утверждают, что его настоящим отцом был брат Эльяша Левитана Хацкель Левитан. Возможно, семья Эльяша действительно усыновила племянника, а разночтения в дате рождения Исаака объясняются попыткой сделать его старшим сыном в семье и тем самым оградить родного сына Абеля от службы в армии. 

Его отец Илья Левитан — раввин по образованию — оставил религиозный путь и стал учителем иностранных языков, работал кассиром и контролером на железнодорожных станциях. Семья, в которой было четверо детей (два мальчика и две девочки), жила очень бедно. В поисках лучшей жизни Левитаны в конце 1860-х годов переехали на окраину Москвы.

Однако и в Москве отцу не удалось найти постоянного места: он так и перебивался частными уроками. Но несмотря на трудности, родители не стали возражать, когда сыновья поступили в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Годы обучения были не из легких. Левитан вспоминал: «Не надо очень розово представлять себе перспективу изучения живописи. Сколько горя, усилий, трудов и разочарований, пока выбился на дорогу».

В 1875 году скончалась мать будущего художника, а еще через два года из жизни ушел отец. Преподаватели старались помогать талантливому юноше. Выдавали денежные пособия, кисти и краски. Товарищ по классам, художник Михаил Нестеров вспоминал: «Красивый мальчик-еврей… обращал на себя внимание и тем, что тогда уже слыл в школе за талант. <…> Про него ходило в школе много рассказов, с одной стороны, о его даровании, а с другой — о его великой нужде. Говорили, что он не имеет иногда и ночлега».

В училище Исаак Левитан подружился с Константином Коровиным, Михаилом Нестеровым, Алексеем Степановым. Его учителями были Василий Перов и Василий Поленов, большое влияние на юного художника оказал преподаватель Алексей Саврасов. Именно его наставление — «пишите, изучайте, но главное — чувствуйте!» — Исаак Левитан сделал девизом своего творчества. Уже в конце 1870-х годов Левитан начал писать свои «пейзажи настроения», на которых он не только изображал природу, но и выражал собственные чувства. 

Левитан очень многое воспринял от своего учителя Алексея Саврасова. Знаменитый живописец, сыгравший большую роль в развитии русского изобразительного искусства, был прирожденным педагогом и учил своих подопечных не только и не столько технике, сколько умению вдохновляться природой, любить ее, видеть ее красоту. Он настаивал на том, чтобы ученики проводили много времени на пленере, писали с натуры больше, чем в мастерских. Он сам на занятиях водил учеников туда, где, например, расцвели деревья или раскололся лед на реке, демонстрируя им это как величайшее чудо. Повесть К. Паустовского о Левитане начинается словами Саврасова:

«Нету у России своего выразителя, – говорил Саврасов. – Стыдимся мы еще родины, как я с малолетства стыдился своей бабки-побирушки. Тихая была старушенция, все моргала красными глазками, а когда померла, оставила мне икону Сергия Радонежского. Сказала мне напоследок: «Вот, внучек, учись так-то писать, чтобы плакала вся душа от небесной и земной красоты». А на иконе были изображены травы и цветы – самые наши простые цветы, что растут по заброшенным дорогам, и озеро, заросшее осинником».

Во время ученической выставки в 1879 году одну из работ студента Левитана («Осенний день. Сокольники») за 100 рублей покупает сам Третьяков.

Казалось бы, с этого момента жизнь должна измениться к лучшему. Но нет, юноше пришлось покинуть Москву: после очередного покушения на императора Александра II вышел Указ, запрещавший евреям проживать в столичных городах. Какое-то время Левитан пытался посещать занятия, проживая в Подмосковье, но постепенно их забросил. Только через год, благодаря хлопотам влиятельных друзей, ему удается вернуться назад.

Молодой художник работает не покладая рук. В конце 70-х годов 19 века Левитан знакомится с Чеховым. Это знакомство было важным для обоих. Трудно себе представить более духовно близких людей, одинаково талантливых, одинаково тонко чувствующих красоту. Они познакомились, когда оба были весьма молоды. Чехов в те времена сочинял юмористические рассказы под псевдонимами «Антоша Чехонте» и «Человек без селезенки» и публиковал их в многочисленных журналах. Для тех же изданий, чтобы обеспечить себя средствами к существованию, рисовал иллюстрации Левитан.

В 1885 году Левитан вместе с семьей Чеховых провел лето в поселке Бабкино, в подмосковной усадьбе Киселевых, после чего писатель и художник окончательно сблизились. Биографы полагают, что это лето и два последующих, проведенных с Чеховыми в Бабкине, – наиболее благотворная и счастливая пора жизни Левитана. Постоянное задушевное и глубокое общение, разнообразный досуг, который обеспечивал выдумщик Чехов, теплая компания и, конечно же, удивительная природа – все это было для молодого художника настоящей отдушиной. Они оставались дружны с Чеховым до конца жизни, а сестра писателя Мария стала первой любовью Левитана. Брат писателя Михаил Чехов в ту пору сочинил про Левитана стишки:

А вот и домик Левитана.
Художник славный там живет.
Встает он очень-очень рано
И сразу чай китайский пьет.
Зовет к себе собаку Весту,
Дает ей крынку молока
И тут же, не вставая с места,
Этюд он трогает слегка.

Весной 1884 года Левитан со своим другом, художником Василием Переплетчиковым отправился в Саввинскую слободу под Звенигород. Живописность природы подмосковного села, патриархальный уклад жизни, древний Саввино-Сторожевский монастырь создавали атмосферу исконной России, овеянной духом народной жизни и вековых традиций. Прведенные здесь на этюдах весенние и летние месяцы стали плодотворным периодом в творчестве Левитана. Он написал большой цикл пейзажей окрестностей Саввинской слободы – небольшого села под Звенигородом. Уже в этих работах проявилась ключевая черта живописи Левитана – лиричность, особенное умение передать в сюжете чувство и настроение.

Константин Паустовский писал так о художнике: «Левитан был художником печального пейзажа. Пейзаж печален всегда, когда печален человек. Веками русская литература и живопись говорили о скучном небе, тощих полях, кособоких избах. «Россия, нищая Россия, мне избы чёрные твои, твои мне песни ветровые, как слезы первые любви…».

В 1885-ом году, вместо диплома художника, училище выдает Левитану диплом «учителя чистописания». «Талантливый еврейский мальчик раздражал иных преподавателей. Еврей, по их мнению, не должен был касаться русского пейзажа. Это было дело коренных русских художников», — писал К. Паустовский. Очередное унижение сказывается на здоровье Левитана. Получив деньги за декорации в Московской частной русской опере мецената Саввы Мамонтова, художник в 1886 году отправился на лечение в Крым.

«Дорогой Антон Павлович, черт возьми, как хорошо здесь! Вчера вечером я взобрался на скалу и с вершины взглянул на море — и, знаете ли что, заплакал, вот где вечная красота и вот где человек чувствует свое полнейшее ничтожество» - Исаак Левитан, из письма Антону Чехову.

Результатом этой поездки стала серия пейзажей, получившей восторженные отзывы критиков. Живописец привез более 50 пейзажей, среди которых были «Сакля в Алупке», «Берег моря. Крым», «Татарское кладбище». По воспоминаниям Михаила Нестерова, крымские картины Левитана «были раскуплены в первые же дни» на Периодической выставке Московского общества любителей художеств.

В это время Чеховы познакомили Левитана с Кувшинниковыми — полицейским врачом Дмитрием и его женой Софьей, которая держала в Москве салон. Здесь бывали писательница Татьяна Щепкина-Куперник и актриса Мария Ермолова, режиссер Александр Ленский и живописец Иван Репин, скульптор Михаил Микешин и художница Антонина Ржевская. Левитан обучал Софью Кувшинникову живописи, они много времени проводили вместе.

В 1887 году Исаак Левитан отправился на Волгу. Первая поездка не впечатлила художника. Он писал Антону Чехову: «Чахлые кустики и, как лишаи, обрывы… Ждал я от Волги сильных художественных впечатлений, а вместо этого… серое небо, сильный ветер…» Вскоре он вернулся в Москву, где все-таки написал картины «Разлив на Суре» и «Вечер на Волге».

Мы видимна на картине, как водная ширь уходит прямо к горизонту, где едва виднеется другой берег. Огромная коса берега, которую художник рисует в левой части полотна, еще больше усиливает впечатление простора. Кажется, до Левитана никто из русских живописцев не рассказывал о жизни русской реки с такой трогательной печалью.

Через год художник отправился в Поволжье вновь, но уже вместе с Софьей Кувшинниковой. Они поселились в небольшом живописном городке на берегу реки. Левитан возвращался сюда еще два года. Здесь появилось множество его полотен — «Ветхий дворик» и «Осень. Слободка», натюрморты «Одуванчики» и «Ночные фиалки и незабудки». Образ патриархального городка Левитан запечатлел на картинах «После дождя. Плес» и «Вечер. Золотой Плес».

В конце 1889 — начале 1890 года Исаак Левитан впервые побывал в Европе: он отправился в Париж на Всемирную выставку. Живописец хотел ближе познакомиться с творчеством барбизонцев: Камиля Коро, Жана Франсуа Милле, Теодора Руссо, — а также произведениями импрессионистов. После Франции он поехал в Италию. Из этого путешествия Левитан привез пейзажи «Берег Средиземного моря», «Близ Бордигеры. На севере Италии», «Весна в Италии».

Летом 1890 года художник совершил поездку по Русскому Северу, из которой привез множество этюдов и пейзажей, что помогло ему создать полотно «Тихая обитель», которое появилось на передвижной выставке. Картина произвела сильное впечатление на Третьякова и он купил её для своей галереи. Воздушную картину, изображавшую Саввино-Сторожевский монастырь в предзакатном свете, обсуждала вся интеллигентская Москва.

Под впечатлением от работы Левитана поэт Николай Рубцов написал стихотворение:

И так в тумане омутной воды
Стояло тихо кладбище глухое,
Таким все было смертным и святым,
Что до конца не будет мне покоя.

И эту грусть, и святость прежних лет
Я так любил во мгле родного края,
Что я хотел упасть и умереть,
И обнимать ромашки, умирая…

Антон Чехов так описал полотно в своей повести «Три года»: «На первом плане — речка, через нее бревенчатый мостик, на том берегу тропинка, исчезающая в темной траве… А вдали догорает вечерняя заря. И почему-то стало казаться, что эти самые облачка, и лес, и поле, она видела уже давно и много раз, и захотелось ей идти, идти и идти по тропинке, и там, где была вечерняя заря, покоилось отражение чего-то неземного, вечного, океана чистой радости и ничем не омраченного блаженства».

В 1892 году началось снова выселение евреев из Москвы, Левитан был вынужден покинуть город. С ним уехала Софья Кувшинникова, они жили вместе то в Тверской, то во Владимирской губерниях. В первой половине 1890-х годов живописец создал своеобразную драматическую трилогию: картины «У омута», «Владимирка» и «Над вечным покоем». Однажды возвращаясь с охоты, рассказывает художница С.П. Кувшинникова, мы вышли на старое шоссе. «И вдруг Левитан вспомнил, что это за дорога, - пишет Кувшинникова. - «Постойте! Да ведь это Владимирка, та самая  Владимирка, по которой когда-то, звякая кандалами, прощли в Сибирь столько несчастного люда!» ... На следующий день Левитан с большим холстом  был уже на этом месте и в несколько сеансов написал всю картину прямо с натуры».

Все эти три полотна, как торжественный реквием, воплотивший раздумья художника о кратковременности человеческого существования и величия неиссякаемо могучих сил природы. Позже он писал художнице Елене Корзинкиной: «За лесом серая вода и серые люди, серая жизнь, не нужно ничего… Все донкихотство, хотя, как всякое донкихотство, оно и благородно, ну, а дальше что?

Беспомощность, хрупкость и беззащитность - вот главные чувства, которые испытывает всякий зритель перед этой работой великого художника. Пожалуй, благодаря именно этой картине, имя мастера пейзажа так широко известно не только среди любителей живописи...

Сам автор считал картину «Над вечным покоем», как самое удачное его произведение, раскрывающее его мировоззрение, его мироощущение. Свинцовые облака тяжело нависли над крутым берегом. На маленьком утесе церквушка, рядом забытое кладбище, погост, последнее пристанище... Хрупкие деревья сгибаются под сильным ветром, тонкая, прерывистая тропинка, ведущая в церковь - символ забвения, заброшенности, истертости.

Вечность, грозная вечность, в которой потонули поколения и потонут еще… Какой ужас, какой страх». Однако создавал художник и праздничные яркие полотна. Например, «Свежий ветер. Волга», «Март», «Весна. Большая вода», «Цветущие яблони». В середине 1890-х годов Исаак Левитан написал множество натюрмортов.

В 1896 году у Левитана вновь начались проблемы с сердцем. Однако художник много работал и даже путешествовал: у него прошла выставка в Москве, позже Левитан побывал в Финляндии и вновь в Италии. Отовсюду он привозил новые картины с местными пейзажами. Болезнь все больше беспокоила художника, его осматривал Антон Чехов. В дневнике писателя осталась запись: «Выслушивал Левитана. Дело плохо. Сердце у него не стучит, а дует. Вместо звука тук-тук слышится пф-тук…» Но живописец не прекращал работать. В этот период он создал экспрессивные полотна «Бурный день», «Последние лучи солнца. Осиновый лес», «Поезд в пути».

В 1898 году Академия художеств присудила Исааку Левитану звание академика пейзажной живописи. Несмотря на болезнь, он стал руководить пейзажной мастерской в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, где когда-то учился сам. Тяжёлая болезнь сердца с каждым годом ослабляла здоровье Исаака Левитана. К середине 1890-х гг. он уже мучился от ежедневных болей в груди, с трудом ходил и постоянно задыхался. В конце мая 1900 года Левитан , будучи с учениками на этюдах, сильно простудился и слег. Спустя месяц художника не стало, смерть Левитана наступила 4 августа  1900 года от аневризмы сердца. Живописца похоронили в Москве на еврейском кладбище неподалёку от Дорогомиловского кладбища. Все лето его картины выставлялись в Русском павильоне на Всемирной выставке в Париже, а в мастерской Левитана осталось 40 недописанных картин и несколько сотен набросков.

«Наше искусство  потеряло великолепного художника-поэта... Левитан показал нам то скромное и сокровенное, что таится в каждом русском пейзаже, - его душу, его очарование» - сказал М.В. Нестеров.

В публикации использован материал: 

1. Интернет сайт Музеи мира : https://muzei-mira.com/biografia_hudojnikov/1475-isaak-ilich-levitan-biografiya-i-kartiny.html

2. Культура РФ : https://www.culture.ru/materials/255157/kartina-v-detalyakh-mart-isaaka-levitana 

3. (77797) Мастера музыки, искусства и архитектуры / Сост. Н.Б. Сергеева. - Москва : Вече, 2006. - 400 с. : ил. - (Великие россияне) ISBN 5-9533-1519-8