Версия сайта для слабовидящих
25.10.2022 09:41
213

СКАЛА НАД МОРЕМ...

Эта скала сейчас является памятником природы и считается главной природной достопримечательностью Туапсинского района. И сейчас уже мало кто помнит о том, что на заре советской власти этому чуду природы грозило полное исчезновение. Архитектор Александр Мухин в 1926 году, работая в Туапсе, буквально спас скалу Киселева от уничтожения. Её хотели взорвать и разобрать на каменные блоки для советской стройки. Как-то раз во время отдыха, Мухин, гуляя с семьёй по берегу моря, набрел за мысом Кадош на строительные работы у красивой скалы. Разговорился с рабочими, те ему и рассказали, что начальство дало им указание разрабатывать скалу Киселева. Возмущённый таким варварством архитектор помчался в местный райком партии. Там его выслушали, но ответили в духе политинформации: «Надо, интересы партии…».

Возмущению Мухина не было предела: «…видите ли, расположение скалы позволяет удобно добывать строительный камень с минимальными затратами, умение хозяйствовать приведет к выполнению пятилетнего плана досрочно. А что касается «красивости» скалы, то таких скал в Туапсинском районе полно, а есть еще дольмены, водопады, вот пусть народ ими и любуется!» - так примерно восклицал архитектор.

На семейном совете решили, что удивительно красивую скалу надо срочно спасать. Мухин на следующий день выехал в Москву. Он обратился к А.В. Щусеву, а тот — в аппарат ЦК ВКП(б). Авторитет Щусева, главного архитектора СССР был таким высоким, что из ЦК в Краснодарский край, а далее в Туапсинский район последовало указание: «Сохранить Киселеву скалу!»

Вот так и была спасена скала Киселёва. Кстати, главная достопримечательность Туапсинского района и города Туапсе стала сейчас одним из популярнейших фонов для селфи на всем черноморском побережье страны.

Кто из туапсинцев не знает эту скалу! Для многих – это просто любимое место отдыха. Сюда, особенно в последнее время, зачастили и отдыхающие – едут не только с экскурсией на катере – едут на машинах, с палатками – отдыхают. Уезжают, оставив после себя кучи пластикового мусора, битого бутылочного стекла, пакетов  – «после нас хоть трава не расти»! И как тут не воскликнуть – люди, вы же ЛЮДИ! Разве вам трудно унести свой мусор и не засорять, не уничтожать прекрасное место!

Все жители Туапсе и его района знают эту скалу… Но каждый встречается с ней по-своему. Я – в детстве. Ещё пяти-шести летним ребёнком услышала «сказку», потом, уже в одиннадцати-двенадцати летнем возрасте отправилась с подружками на катере, шли вдоль берега – никогда не забуду это зрелище – такая красота открывалась с моря, горные склоны и ущелья с яркой зеленью, сосны на фоне ярко-синего неба и синей воды… А потом возникло чудесное видение – высокая скала, совершенно отвесная, словно специально срезанная неведомой силой. В ярком свете солнца и воды скала отбрасывала блики, казалась белой и нереально гладкой.

Уже взрослой, вместе с друзьями, отправились мы как-то пешком из Туапсе,  через перевал, на скалу. Повернув с федеральной трассы, дорога становилась пустынной, даже не дорога, а горная тропа. Шли лесом – грибов было видимо-не видимо – октябрь на дворе! Пройти к скале можно и по пляжу, через мыс Кадош, переправляясь кое-где вплавь. Хоть и октябрь, но тепло, и мы накупались у подножия скалы, потом кто-то предложил слазить в пещеры – севернее скалы есть небольшие пещерки - «мышиные норки». А потом – вся компания полезла купаться в небольшой водопадик, он обрушивался прямо на пляж не далеко от скалы. Знать бы тогда в каком водопаде мы купались! Но мы были молоды, и никто тогда ничего не знал – ни легенд об этой скале, ни поверий.

…Многое видела на своём веку эта скала… Когда-то мимо неё проплывали аргонавты, а позднее древнегреческие триеры и римские либурны, генуэзские галеры и турецкие фелюги. А ещё позднее крейсировали перед нею белокрылые парусные фрегаты эскадры адмирала Лазарева. На виду у скалы терпели бедствие морские суда разных стран и народов. Как раз напротив скалы 19 июля 1918 года был затоплен эскадренный миноносец «Керч», уничтожив корабли Черноморского флота, которые так же, как и «Керч», предпочли гибель позорной сдаче Германии. Позже над нею стали пролетать самолёты – здесь проходит одна из самых оживлённых воздушных линий.

Первые русские переселенцы, обосновавшиеся на Черноморском побережье Кавказа, долгое время не обращали внимания на безымянную скалу над морем. Согласно официальной версии, скалу «открыл» академик живописи Санкт-Петербургской Академии художеств – Александр Александрович Киселёв, в честь которого впоследствии скала и получила своё название. Он выбрал местом своего летнего отдыха никому тогда ещё неизвестный маленький провинциальный городок Туапсе. Городские власти выделили ему участок земли под дачу на мысе Кадош. Художника очаровала безымянная скала – он написал серию картин под общим названием «Кадошские скалы».

Есть и другая версия о названии скалы, больше похожая на легенду. До революции на этом месте, недалеко от дачи Киселёва, находилась усадьба царского генерала Киселёва – однофамильца художника.  Революция и гражданская война раскололи семью: сам генерал принял сторону белых, а его сын-офицер примкнул к красным. В одной карательной операции сын генерала был захвачен в плен. Отец не захотел, или не смог, защитить сына. Более того – приказал его расстрелять. Отцовский приговор было решено привести в исполнение на вершине скалы, где находилась артбатарея, нацеленная в сторону моря. Но каратели не учли, что сын генерала вырос в этих местах – каждый камень был ему здесь знаком. Когда его вели на расстрел -  он вырвался и бросился к обрыву, с разбега прыгнул – перелетел через выступающие из воды камни у подножия скалы и приводнился в глубоком месте. Проплыл несколько десятков метров под водой и вынырнул за скалой, оказавшись недосягаемым для карателей – спуска на пляж с этой стороны скалы не было. Вот, с тех пор и стали называть скалу «Киселёвой».

На самом деле – эта скала никогда не была безымянной. Адыги с древности называли её «Скала слёз».  Старожилы знают, что ещё в начале 20-го века с Агойского перевала, да и с моря, можно было разглядеть старые развалины древнего замка, кое-где всё ещё возвышающиеся зубцы каменных башен… Туда с вершины Агойского перевала довольно круто поднималась  дорога. Со временем эта дорога сползла, разрушилась, заросла лесом. А остатки развалин и в 60-е годы 20-го века всё ещё напоминали о некогда бывшем здесь большом поместье.

Эту древнюю адыгейскую легенду я, услышав в детстве, принимала за сказку, а несколько лет назад прочитала её в записи краеведа Ф.И. Шилова. Он же услышал её от старого деда Джамбека, Сипшаха Нагучева, родом из горного аула Агуй (сейчас – Агой-Шапсуг). Легенду привожу полностью, без изменений – я думаю, любопытна и сама легенда, и слог которым она рассказана:

«Давно это было.  Давно. Ещё жестокая рука завоевателей не касалась черкесской земли, ещё наш вольный народ густо населял родные горы. На том месте, которое сейчас называется Кадош, а мы, черкесы, издавна называли Акуача – утопая в зелени садов, раскинулись богатые владения древнего рода. Главою рода был старый Акуача. Далеко-далеко разносилась слава о великих его богатствах. А откуда взялось богатство – неведомо было никому – может нажито из поколения в поколение, может завоёвано в дальних походах.  Велика была слава о богатствах Акуача, но не меньше славился он красотою юной своей дочери. Гуаш – так звали её. Много богатых, знатных и храбрых красавцев-джигитов хотели взять её в жёны. Но капризное сердце было у Гуаш, жестокое, гордое сердце. Достойных себе не находила Гуаш. А верная стража охраняла её от дерзких попыток отважных джигитов.

В довольстве и неге протекала жизнь красавицы. Любил и лелеял её старый отец, ничего не жалел для неё. Много рабынь и подруг окружали её, и часто-часто вечернее эхо далеко разносило вокруг звуки музыки и песен. Любимым местом Гуаш была высокая и дикая приморская скала, которую вы, русские, называете сейчас Киселёвой, а мы, черкесы, издавна – Скалой слёз. Гуаш любила наблюдать за игрой изумрудных волн у подножия скалы и ждать в беспредельном просторе синего моря белокрылые и быстрые чужие корабли. А в знойные дни вместе с рабынями сбегала она по крутой и тенистой тропе к самому морю и там купалась в прохладных волнах.

Шло время. Умер старый Акуача,  и стала хозяйкой всех богатств и владений красавица Гуаш. Но плохо в хозяйстве без мужчины. Оставшись одна, Гуаш стала опасаться за свои богатства. И тогда велела она двум рабам своим верным зарыть их в тайном, только ей ведомом, месте. А чтобы скрыть и саму тайну клада – приказала убить рабов. Жестокое сердце не знает жалости.

Однако всему своё время – пришло время и для Гуаш. Много было в то время славных джигитов в горах Черноморья, но первым из них считался джигит Дышеек из аула, что стоял на месте нынешней Джубги. Везде был первым Дышеек  – первым наступал и последним выходил из боя, лучше старших он знал все адаты (обычаи-законы), лучший конь – у него,  самое дорогое оружие – у него, и далеко-далеко гремела слава о нём. Много красавиц вздыхало о джигите, да только напрасно. Больше всего на свете он ценил боевую славу и свободу. Однако и для него настало своё время.

Как в сердце приходит любовь? Через взгляд, через слово… И словно золотой цепью, перевитой цветами, сковывает два сердца. На празднике встретились красавица Гуаш и славный джигит Дышеек. Только раз взглянули они в глаза друг другу – и поняли, что никогда не порвать им той невидимой цепи. И сразу всё изменилось. Задумчива стала Гуаш. Не веселили её уже ни танцы, ни песни. Уходила она на любимую свою скалу, но не на море глядела, а туда, где в синем сумраке гор – аул любимого джигита. Словно подменили и Дышеека. Чуждаться стал он забав джигитов. Отправлялся в горы, но без выстрела с охоты возвращался. Далеко сердце его было, там, где морские волны ласкали подножие скалы красавицы. И вот, поскакал верный товарищ джигита просить сердце Гуаш. Сильна первая страсть любви – недолго противится ей гордое сердце. И назначила Гуаш, по старому обычаю, ночь – когда должен был любимый тайно увезти её из родного гнезда: «Пусть придет он в ту ночь на скалу мою любимую и смотрит – где будет огонь, там буду я» - так сказала Гуаш. Весело ехал обратно верный товарищ джигита. Словно солнце взошло от радости в душе Дышеека, и стал он готовиться к встрече с невестой.

Капризное, жестокое сердце Гуаш! Задумала она ещё раз испытать всю силу любви и смелость джигита. Зажгла старинный светильник, спустилась к морю и, закрепив светильник к бревну, оттолкнула его от берега. Притаившись в уступах скалы, с замирающим сердцем стала ждать любимого. На беду, потянул ветер с гор и стал уносить светильник в открытое море. Обманчив огонь по ночам – даже самый далекий огонь на море кажется близким.

Все самое лучшее надел Дышеек в эту ночь. Золотом и серебром блестела на нём черкеска, серебряная чеканка и дорогие камни украшали оружие, надел он под черкеску кольчугу крепкую, накинул бурку на плечи, взлетел на коня и, как ветер, помчался за красавицей невестой. Вот и сады Акуача, вот и скала заветная. Остановил коня джигит, осмотрелся. Всё спало кругом. Ни огня, ни звука.Не было и стражи. Всё приготовила к встрече Гуаш – радостно вспыхнуло сердце джигита. Но где же условный огонь? Непроглядная тьма расстилалась кругом. Неужели обман? Посмеялась красавица! Кравь закипела в груди. Крепко сжала рука рукоятку кинжала. Оглянулся по сторонам. Но что это в море? Огонь? И понял женскую хитрость джигит. Забурлила горячая кровь. Быстро спустился он к морю и, как был на коне, бросился в волны. Силён был конь джигита, мощной грудью боролся с волнами и немало проплыл уже, а все ещё горел недалёкий огонь. Вот и конь уже устал, тяжело стал дышать. Вернуться? Нет, не вынесет джигит такого позора! Снова в волны, навстречу огню! Но измученный конь уже начал тонуть, и только бурку успел с себя сбросить Дышеек, а конь уже скрылся под водой. Бросился вплавь джигит – силён и ловок он был, лучшим пловцом считался. Да тяжёлая кольчуга тянула ко дну. А заветный огонь уже рядом – усталой рукой схватил он огонёк, в последний раз оглянулся назад, на скалу любимой невесты, и волны навеки похоронили славного джигита Дышеека. Любил он красавицу Гуаш больше всего в жизни, а честь свою больше самой жизни! Вечная память и слава ему!

Видела Гуаш, как бросился в волны джигит, как погас под его рукой огонёк в море – стала ждать возвращения джигита. А море уже бурно ревело, и пенились тёмные волны. Напрасно, напрасно ждала Гуаш любимого. Когда же всё поняла – похолодело сердце её. С диким криком бросилась она на скалу, стала звать слуг своих верных. Толпами бежали они к морю – да что толку, кто исправит роковую ошибку! Бурно ревело Чёрное море, и грозные волны бились о скалы. Сердечная буря разрывала грудь Гуаш, и долгое эхо разносило её горестные крики. Много-много дней стояла она одиноко над обрывом скалы и смотрела в пучину морскую, где нашёл себе гибель любимый, и реки кристальных слёз проливали её чудные очи. В работе старалась забыться Гуаш. Однажды она пряла шерсть над обрывом, вдруг клубок ниток упал со скалы – и почуяло сердце Гуаш, что не жить ей без любимого. Бросилась она вниз с обрыва, и волны морские похоронили её рядом с любимым.

Много времени прошло с тех пор. Давно это было. Давно. Светит, как раньше, яркое солнце, и высятся громады вечных гор, всё так же гордо стоит дикая скала над морем, и бьются о неё синие волны. И народная память хранит сказание о пламенной и горестной любви и о сокровищах, зарытых на Кадоше. Да говорят ещё пастухи, будто бывает ночь, когда слышатся на скале то ли плач, то ли песни, и поднимается из моря джигит на коне, а навстречу к нему со скалы бросается юная дева. Да бытует ещё поверье, будто хрустальный ручей, обрывающийся на пляж – это слёзы красавицы, и если юноша или девушка искупаются в том водопаде – очень скоро женятся, или выходят замуж, и такие браки обязательно складываются удачно и счастливо. Да мало ли что говорят!...»

Посмотреть видео  "Легенда о скале слез" можно перейдя по ссылке:  https://rutube.ru/video/919f4f537c489dab1f60209aa41714b5/