Принято считать, что традиция праздновать Рождество и Новый год началась с Петра I, во времена которого Россия начала перенимать европейские взгляды и традиции. Петр I издал 20 декабря 1699 года указ «О праздновании Нового года», и повелел считать началом года 1 января. В его Указе говорится «в знак этого доброго начинания и нового столетнего века в царствующем граде Москве перед воротами у домов или над хороминами учинить…украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых…»

И всё-таки отмечать Рождественские праздники с установленной в домах и украшенной ёлкой стали не при Петре, а гораздо позже. При Петре I появились только атрибуты этого праздника – еловые ветки, которыми знатные люди украшали свои дома перед Рождеством.

А первая настоящая ёлка была установлена при царском дворе больше чем через столетие после того, как Петр I издал свой указ о новых порядках этого праздника. Что касается простого люда, то они распробовали на вкус Рождество в европейских традициях ещё позднее, чем русская императорская семья. И пока в Зимнем дворце шли светские торжества с елками и подарками, на улицах города обыкновенные люди все так же устраивали шумные языческие празднества – переодевались в костюмы всякой нечисти и с музыкой, песнями и плясками ходили по домам богачей.

Самая первая Рождественская ёлка
Первая новогодняя елка (тогда еще рождественская) появилась в России в 1817 году благодаря супруге Николая I – Александре Федоровне. Сама она родилась в немецком городе Потсдам, и в ее детстве рождественская елка всегда была неотъемлемой частью зимних торжеств. Этот европейский символ волшебного праздника впервые установили по ее приказу в Московском Кремле. А уже в последующие годы царская семья стала отмечать Рождество в Зимнем дворце.

Чтобы сделать елку по-настоящему сказочной, на ней зажигались свечи – дети были от этого зрелища в невероятном восторге, а в качестве украшений стали использовать позолоченные и посеребренные шишки, орехи, а так же фрукты, пряники, конфеты, а вот ёлочные игрушки стали использоваться гораздо позже.

Интересно, что ёлка во дворце устанавливалась не одна, а для каждого члена семьи своя ёлка рядом с которой стоял столик накрытый белой скатертью и заваленный подарками, предназначенными именно конкретному человеку. Детей и племянников у Александры Федоровны было много, поэтому в залах дворца иногда ставили до десятка небольших рождественских елочек. Все малыши с нетерпением ждали этого волшебного праздника. И когда наступал вечер, они все толпились у дверей самого большого зала в Зимнем дворце. Александра Федоровна в назначенный час распахивала двери и провожала за руку каждого ребенка к его собственной елочке - чаще всего детям дарили разнообразные игрушки и сладкие угощения. Императорские дети всегда были рады любым подаркам вне зависимости от их стоимости. Простая вещь ручной работы, набор оловянных солдатиков или какая-либо другая игрушка вызывала у них такое же восхищение и счастье, как и дорогие украшения и драгоценности, которые они могли использовать только на торжественных мероприятиях.

Бывали среди подарков и роскошные презенты. Николай I очень ответственно относился к выбору подарков для своих близких: он лично ходил по магазинам, подбирая для каждого из них что-то особенное. В канун 1832 года он подарил своему 13-летнему сыну бюст Петра I, ружье, саблю, ящик с пистолетами и вицмундир Кавалергардского полка.
В рождественский вечер все члены царской семьи получали множество подарков. Дети в императорской семье не только получали подарки, но и сами готовили особые презенты для всех. Чтобы порадовать своих родителей, братьев и сестер, они приобретали что-то на свои собственные сбережения. Дочь Николая I писала о Рождественском празднике 1837 года так: «У нас была зажжена по обыкновению елка в Малом зале, где мы одаривали друг друга мелочами, купленными на наши карманные деньги».
Самый оригинальный подарок достался дочери Николая I в 1843 году. Накануне праздника в Петербург приехал жених Александры Николаевны, но сама княжна этого не знала. Когда началось празднование в Зимнем дворце, и двери главного зала отворились, княжна увидела, что к ее елке привязан иностранный принц, в которого она была влюблена. Так родители подарили своей любимой дочери рождественское чудо.

Рождественская ёлка Николая 2-го (последнего императора)
Постепенно рождественские елки стали ставить не только в праздничных залах, но и в личных покоях. В 1906 году Николай II оставил такую запись в своем дневнике: «В новой комнате Аликc была наша собственная елка с массой прекрасных взаимных подарков». Кстати, Аликс – как называл свою жену император – имела свою «рождественскую» слабость. Ей нравилось задувать все свечи на елке самой. Она гордилась тем, что могла дотянуться и погасить даже самую верхнюю свечу.
Частью праздничного вечера неизменно становился семейный ужин. Кроме императорской четы и их родственников присутствовало также их ближайшее окружение, в которое входили фрейлины и воспитатели детей. Какого-то специального стандартного меню для этого события не существовало, чаще всего на стол подавали те блюда, которые нравились членам семьи.

Обязательно присутствовало мороженое, которое любили и взрослые, и дети. И дело тут было не только во вкусовых пристрастиях, но и в том, что во время праздников было очень жарко и душно. Температура в помещениях поднималась из-за того, что единственным источником освещения до начала 189 0-х годов были свечи. К тому же воздух быстро нагревался, когда гости начинали танцевать. Так что без охлаждающего лакомства на праздниках было не обойтись.
Самой любимой рождественской игрой царской семьи было лото. Выигравшие получали разнообразные дорогие подарки, заранее подготовленные императором и его женой. На кануне Сочельника отмечали праздник «Бобового короля». Суть его заключалась в том, что в пирог запекался боб. Затем все гости брали себе по кусочку этого пирога, и тот, кому доставалась часть с «сюрпризом», становился королем вечера. Он мог выбрать себе королеву и отдавать распоряжения. Разумеется, шуточные. Дочь Николая II Ольга вспоминала, что однажды было решено устроить маскарад в китайском стиле. Ее отец, император Николай II, нарядился в костюм мандарина «с искусственным толстым животом, в розовой шапочке, с висящей косой на голове». По словам Ольги, ее папа в тот вечер был «совершенно неузнаваем».
Даже в канун 1918 года, когда императорскую семью уже отправили в ссылку в Тобольск, Александра Федоровна со своими детьми, как и в старые добрые времена, готовили рождественские подарки. Купить они практически ничего не могли, поэтому делали что-то своими руками: вышивали, вязали и рисовали. Потом они собирали посылки, которые отправляли тем, кто был далеко, но кому они так хотели выразить свою любовь. Анна Александровна Вырубова, ближайшая подруга Александры Федоровны, писала в своих воспоминаниях о Рождестве 1918 года: «Я получила от дорогой Государыни посылку с мукой, макаронами и колбасой, что было роскошью в это время. В посылку были вложены также шарф, теплые чулки, которые мне связала Государыня, и нарисованные ею кустики».