ВЛАДИМИР АРСЕНЬЕВ - географ, этнограф, писатель
В 2022 году исполняется 150 лет со дня рождения Владимира Арсеньева. Географ, этнограф, исследователь, военный, писатель, наконец, член Русского географического общества, он с 1900 года по 1930 год провел 18 исследовательских экспедиций в малоизученные районы Приамурья, Приморья, Камчатки и Охотского побережья. Результатом стали более 60 научных трудов, способствовавших развитию огромного региона России.
За годы своих экспедиций он заполнил белые пятна на карте Дальнего Востока, рассказав о народах, населявших эти земли. Сфера научных интересов Владимира Клавдиевича поражает своим разнообразием и глубиной. Это не только география и этнография, но еще статистика, геология, археология, картография, гидрография и метеорология.
Владимир Арсеньев хорошо известен и как писатель. Его главный роман "Дерсу Узала" — высокохудожественное произведение, основанное на материалах собственных экспедиций и изучении быта и культуры коренных народов Сибири и Дальнего Востока. Эта книга воспитала не одно поколение исследователей.
Научные труды и литературные произведения Владимира Арсеньева изданы на 36 языках. Высоко ценили его научные и литературные достижения писатель Максим Горький и путешественник Фритьоф Нансен.
Владимир Арсеньев родился 10 сентября 1872 года в Петербурге. Его отец Клавдий Арсеньев был выходцем из тверских крепостных, дослужился до заведующего движением Московской окружной железной дороги, был удостоен почетного звания потомственного гражданина Санкт-Петербурга.
В большой семье Арсеньевых было десять детей — шесть дочерей (одна приемная) и четверо сыновей. На лето семья уезжала в деревню. Дети вместе с братом матери, Иоилем Кашлачевым, большим любителем и знатоком природы, проводили много времени в лесу и на реке Тосна. Владимир с другом плавали на челноке под парусом. В. Арсеньев вспоминал, что именно в эти годы в нем возникло желание стать путешественником. Дома у Арсеньевых была небольшая библиотека. Отец читал детям произведения Н. В. Гоголя, Л. Н. Толстого. Особенно советовал читать книги о путешествиях, так дети Арсеньевых зачитывались романами Жюля Верна, восхищались первооткрывателями Николаем Пржевальским, Геннадием Невельским, Петром Семеновым-Тян-Шанским, Николаем Миклухо-Маклаем.
В детстве Владимир Арсеньев был живым и непоседливым, много шалил. За неуспеваемость был отчислен из немецкого пансиона, затем из второго Петербургского реального училища. Желание учиться появилось у него только во Владимирском городском четырёхклассном мужском училище. Особенных успехов он достиг в изучении естественных наук, геометрии и рисовании. По примеру своих вдохновителей — путешественников-офицеров Пржевальского и Невельского, Арсеньев избрал военную карьеру. В 1891 году он поступил в 145-й Новочеркасский пехотный полк, а два года спустя — в Петербургское пехотное юнкерское училище.
В 1896-м Владимира Арсеньева — уже в чине подпоручика — направили служить в 14-й Олонецкий пехотный полк, расквартированный в польском городе Ломжа.
В училище лекции по географии читал юнкерам брат известного путешественника по Средней Азии, принимавший участие в его экспедициях, М. Е. Грум-Гржимайло. Он советовал В. Арсеньеву сосредоточить свой интерес на малоизученном Дальнем Востоке. В 1900 году Владимир Арсеньев подал прошение о переводе на Дальний Восток и получил назначение в 1-й Владивостокский крепостной пехотный полк. Железная дорога в те годы доходила лишь до Байкала. До бухты Золотой Рог, где находится Владивосток, нужно было три месяца добираться на лошадях. По дороге к новому месту назначения В. Арсеньеву пришлось принять участие в подавлении китайского боксерского восстания, которое перекинулось на территорию России. Поручик Арсеньев возглавил один из участков обороны Благовещенска и не покинул свой пост даже несмотря на пулевое ранение в грудь. За участие в этих боевых действиях он был награжден медалью «За поход в Китай» и знаком «За меткую стрельбу».
В следующие годы офицер-путешественник ходил в короткие экспедиции по Дальнему Востоку, в 1900–1905 годах он обследовал весь юг Приморья.
"Когда мечта моя сбылась, и я выехал на Дальний Восток, сердце моё от радости замирало в груди … Я попал в страну первобытную и девственную, с иной природой и иным населением. Оглядываясь назад, в прошлое, я вижу, что мне сопутствовала счастливая звезда …"
Владимир Арсеньев
Уже тогда Арсеньев не только наносил на карту то, что полагалось по заданию военного начальства, но и описывал флору и фауну, археологические находки и этнографические особенности местности.
Во время Русско-японской войны 1904–1905 годов в чине штабс-капитана, получил должность командира военной разведки гарнизона. Командой казаков под его руководством было задержано множество японских диверсантов и шпионов и работающих на них местных жителей. Способности В. Арсеньева к контрразведке, исполнительность, ответственность и инициативность были отмечены военными наградами — орденом Св. Анны 4-й степени «За храбрость» и др. Поражение в войне с Японией заставило власти приступить к более тщательному изучению военно-экономического состояния Приморья.
Большая сихотэ-алиньская экспедиция
После поражения в войне было решено осваивать территорию Дальнего Востока. В 1906 году Приамурский генерал-губернатор Павел Унтербергер выделил средства на первую большую экспедицию — в нее отправили штабс-капитана Владимира Арсеньева, которого к тому моменту перевели в Хабаровск. Во время экспедиции команда Арсеньева изучала горную область Сихотэ-Алиня от залива Святой Ольги до бухты Терней и систему истоков реки Уссури. Путешественники наносили сведения на карту, делали фотографии и составляли подробные описания.
Летом 1906 года группа встретила в тайге нанайского охотника Дерсу Узала, который стал проводником и другом Арсеньева, а позже — и героем его книг. Примечательно, что в книгах знакомство с гольдом — так называли нанайцев — перенесено на 1902 год.

«Цвет кожи удэхейцев можно было бы назвать оливковым, со слабым оттенком желтизны. Летом они так сильно загорают, что становятся похожими на краснокожих. Впечатление это еще более усугубляется пестротой их костюмов. Длинные, прямые, черные как смоль волосы, заплетённые в две короткие косы, были сложены вдвое и туго перетянуты красными шнурами. Косы носятся на груди около плеч. Чтобы они не мешали, когда человек нагибается, сзади, ниже затылка, они соединены перемычкой, украшенной бисером и ракушками». (Из книги В. Арсеньева «Дерсу Узала»)
«Дерсу стал вспоминать дни своего детства, когда, кроме гольдов и удэхе, других людей не было вовсе. Но вот появились китайцы, а за ними — русские. Жить становилось с каждым годом все труднее и труднее. Потом пришли корейцы. Леса начали гореть; соболь отдалился, и всякого другого зверя стало меньше. А теперь на берегу моря появились еще и японцы. Как дальше жить?» (отрывок из книги «Дерсу Узула»)
В следующей экспедиции 1907 года Владимир Арсеньев продолжил изучать восточные склоны Сихотэ-Алиня и бассейны рек Иман (сегодня — Большая Уссурка) и Бикин. За семь месяцев группа прошла более 1000 верст, пережила две голодовки и зимнюю стужу без теплой одежды, которую унесло с лодкой. Но самой тяжелой стала третья экспедиция 1908–1910 годов: за 19 месяцев путешественники обследовали север Уссурийского края в нижнем течении Амура.
«Четыре раза я погибал с голоду. Один раз съели кожу, другой раз набивали желудок морской капустой, ели ракушки. Последняя голодовка была самой ужасной. Она длилась 21 день. Вы помните мою любимую собаку Альпу — мы ее съели в припадке голода и этим спаслись от смерти. Три раза я тонул, дважды подвергался нападению диких зверей (тигр и медведь) <…> И ничего!» — рассказывал Арсеньев в письме.

В то время существовала путаница в географических наименованиях Дальнего Востока. Одновременно использовались китайские, удэгейские и русские названия. Во время экспедиций Арсеньев привел их в единую систему, указал, как одна и та же река или гора называется у разных народов и какое русское наименование следует использовать. Кроме того, ученый выделил две климатические зоны — восточную морскую и западную, более континентальную, а также установил границу, где южная маньчжурская флора резко переходит в северную охотскую. Арсеньев описал быт и верования коренных народов Приамурья — удэгейцев, тазов, орочей, нанайцев. Многие годы он работал над монографией «Страна Удэхе», которую считал главным трудом своей жизни. После смерти Арсеньева уже практически готовая рукопись была утеряна, так и не увидев свет.
В 1910–1919 годах Владимир Арсеньев параллельно с военной службой работал директором Хабаровского краеведческого музея. Ученый встретился со знаменитым норвежским путешественником Фритьофом Нансеном, когда тот посетил Хабаровск в 1913 году. После переезда во Владивосток в начале 1920-х годов Арсеньев заведовал этнографическим отделом Приморского музея, который сегодня носит его имя. Обширный материал, собранный им во время экспедиций, пополнил коллекции не только Хабаровска и Владивостока. Многие предметы Арсеньев отправлял в дар Антропологическому музею Московского университета, Этнографическому музею Казанского университета, этнографическому отделу Русского музея. За материалы, отправленные в Вашингтонский музей, путешественника избрали членом Вашингтонского национального географического общества. Всего Владимир Арсеньев состоял более чем в 20 научных обществах, включая Русское географическое общество и Британское Королевское географическое общество.
Ученый побывал в экспедициях на Камчатке, на Командорских островах, прошел по маршруту Советская Гавань — Хабаровск. Он преподавал и читал выездные лекции, консультировал кинематографистов и писал книги. Арсеньева интересовали самые разные темы: от борьбы с браконьерством до организации переписи населения. Его книги «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала» были очень популярными у читателей.
В октябре 1922 года последние войска Белой армии оставили Владивосток. Вместе с ними в Японию мог уйти и Арсеньев. Бывший полковник царской армии сделал свой выбор и остался на родине, хотя, возможно, впоследствии мог жалеть о своем решении. Незадолго до смерти он писал: «В 1918 году я мог бы уехать в Америку, а в следующем, 1919 г. — в Новую Гвинею, но я уклонился от того и другого предложения. <…> Я должен был бы поставить крест на всю свою исследовательскую работу на Дальнем Востоке и заняться совершенно новым для меня делом среди чужого народа, который в лучшем случае терпел бы меня в своей среде только как бесправного эмигранта. Мои родные, друзья и знакомые находились в бедственном положении, а я вместо того, чтобы как-нибудь помочь им, бежал, бросив их на произвол судьбы. Революция — для всех — в том числе и для меня! Я не долго раздумывал и быстро решил разделить участь своего народа».
Советской власти нужен был опыт ученого, и В. К. Арсеньев продолжил заведовать этнографическим отделом музея Общества по изучению Амурского края, также получив должность заведующего подотделом охраны и надзора отдела рыболовства Дальрыбохоты. По его инициативе иностранным предпринимателям было запрещено брать в аренду советские острова в Тихом океане, было начато создание первых природных заповедников на Дальнем Востоке. Тем не менее Арсеньев не внушал большого доверия новой власти, ежемесячно он должен был ставить отметку в ОГПУ и получать разрешение для любой поездки из города. При его отсутствии даже небольшая отлучка с целью научных изысканий считалась побегом.
В 1924 году В. Арсеньев был снят с учета как лояльный к советской власти, но на него постоянно поступали доносы с обвинениями в ведении враждебной пропаганды и даже в шпионаже, за ними следовали повестки и допросы чекистов. За некоторое время до смерти Арсеньев написал: «За время Революции и Гражданской войны столько было насилий, столько пролилось крови, что у меня что-то надломилось в душе. Я все больше чувствую свое одиночество… Мое желание закончить разработку научных материалов и уйти, уйти подальше, уйти совсем — к Дерсу!».
В 1930 году В. К. Арсеньев руководил четырьмя экспедициями в низовьях Амура по изысканию трассы для железной дороги. Простудившись, он вернулся во Владивосток и 4 сентября скончался от крупозного воспаления. легких. Арсеньев был похоронен на военном кладбище Владивостока на полуострове Эгершельда, позже в связи с его ликвидацией перезахоронен на Морском кладбище.
В 1934 году арестовали Маргариту Арсеньеву — вторую жену ученого. Ее и группу других исследователей обвиняли в контрреволюционных действиях, которыми якобы руководил Арсеньев. Через четыре года вдову путешественника расстреляли. Его первую семью — бывшую супругу, сына от первого брака и его жену с детьми — в 1939 году выслали на Алтай.
Тяжело сложилась судьба дочери Арсеньева от второго брака — Натальи. Ей было 10 лет, когда она лишилась отца, 18 — когда арестовали ее мужа, 19 — когда расстреляли мать. Вскоре девушка и сама попала в тюрьму. Сначала ее выпустили, но в 1941-м приговорили к 10 годам лагерей.
В 1950–60-е годы родственников Арсеньева реабилитировали, Маргариту Арсеньеву — посмертно. Первая жена с сыном, невесткой и внуками вернулась на Дальний Восток, сегодня их потомки проживают в Находке. В честь 140-летия со дня рождения В. К. Арсеньева в 2012 году в поселке Горнореченский Кавалеровского района Приморского края Русским географическим обществом был установлен камень на месте первой встречи Арсеньева с Дерсу во время экспедиции 1906 года. Именем В. К. Арсеньева названы город в Приморском крае, река Арсеньевка, (левый приток реки Уссури), село в Нанайском районе Хабаровского края, одна из вершин горной системы Сихотэ-Алиня, ледник на Авачинской сопке на Камчатке и оловянный рудник на реке Рудной. Его имя носят улицы и переулки во многих населенных пунктах Приморского края, в том числе центральная улица посёлка Кавалерово. Главному музею Владивостока — Музею истории Дальнего Востока, основанному в 1884 году как музей Общества изучения Амурского края, 4 сентября 1945 года было присвоено имя В. К. Арсеньева. Открыт для посещения филиал музея, мемориальный дом-музей В. К. Арсеньева («Дом путешественника Арсеньева»), в котором тот провел последние годы жизни.
Источники:
1. Сайт Культура РФ: https://www.culture.ru/persons/9353/vladimir-arsenev
%3Aformat(webp)%2F782329.selcdn.ru%2Fleonardo%2FuploadsForSiteId%2F203048%2Fcontent%2Ff7b804b8-4778-4d6d-ae7b-ea98787ff541.jpeg)